Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/papa5/zhenkiyclub.ru/www/engine/classes/templates.class.php on line 68 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/papa5/zhenkiyclub.ru/www/engine/classes/templates.class.php on line 72 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/papa5/zhenkiyclub.ru/www/engine/classes/templates.class.php on line 68 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/papa5/zhenkiyclub.ru/www/engine/classes/templates.class.php on line 72 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/papa5/zhenkiyclub.ru/www/engine/modules/show.full.php on line 308 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/papa5/zhenkiyclub.ru/www/engine/classes/templates.class.php on line 64 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/papa5/zhenkiyclub.ru/www/engine/classes/templates.class.php on line 68 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/papa5/zhenkiyclub.ru/www/engine/classes/templates.class.php on line 72 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/papa5/zhenkiyclub.ru/www/engine/classes/templates.class.php on line 77 Не так » DataLife Engine
Сделать домашней|Добавить в избранное
 

Многопользовательский новостной движок,
предназначенный для организации собственных
СМИ и блогов в интернете.

 
на правах рекламы

Не так

Автор: admin от 9-06-2019, 19:22
Сегодня у меня счастливый день! Он попросил меня отнести письмо «одному человеку». Конечно же, я выполню его просьбу! Я выполню любую его просьбу, потому что я его люблю… Он не то чтобы не знает об этом, он даже не догадывается о моих чувствах. Бедный, он больше недели уже лежит в постели: такой тяжёлый вирус гриппа подцепил, что пришлось вызвать врача и брать больничный. Обычно он все болячки «переносит на ногах» и продолжает ходить на работу, а сейчас не смог. Мне так жаль его, уж лучше бы этот вирус достался мне. Хотя лучше всего, чтобы он не достался никому! - Слушай меня внимательно: зайдёшь в сад через главные ворота, со стороны набережной, и пойдёшь по самой правой аллее. Когда увидишь первую скамейку рядом с собой, первую, запомни, остановись и посмотри на деревья рядом с ней. В одном из деревьев увидишь дупло, оно будет чуть выше тебя, поэтому ты дотянешься до него прямо с земли, никуда лезть не надо, понятно? Дупло не глубокое. Ты положишь туда вот это письмо, только заверни его в полиэтиленовый пакет и затяни резинкой, а из дупла вынешь письмо для меня. Если оно там … есть. Тебе всё понятно? Всё это надо сделать сегодня до двух часов. Пожалуйста, выручи меня, очень тебя прошу. - Конечно, конечно, ты не волнуйся и не беспокойся. Лежи, я всё сделаю. Господи! Какой ты романтик! Летний сад! Правая аллея! Дерево! Дупло! Письма!… Как это здорово! Я не представляю, чтобы в наше время такое было. А теперь придётся представить. Нет, всё-таки это здорово! - Слушай, хватит рассуждать, тебе уже пора собираться. - Я иду. Я успею. Я за десять минут до сада дохожу, я тебе точно говорю, потому что знаю. - Спасибо. Только не заходи никуда потом, иди сразу домой, ладно? Я буду тебя ждать. Он будет меня ждать! Он будет меня ждать! Я побегу, нет, я полечу со сверхзвуковой скоростью, чтобы выполнить его просьбу!  Ну почему он не видит, не чувствует, не понимает, как я его люблю? Да, конечно, я не строю ему глазки, не «липну» к нему, не навязываюсь лишний раз в гости, а ведь мы живём вместе на одной площадке уже 10 лет. Если бы он знал, как часто я стою у своей двери с мусорным пакетом наготове и смотрю в глазок в ожидании, что он выйдет из квартиры, а я, как бы случайно, в этот момент тоже выйду выносить мусор… Если бы он знал, сколько времени я стою у окна и жду его появления в арке, когда он идёт с работы, чтобы также «случайно» встретиться с ним на лестнице… Если бы он знал, что я высчитываю и вычисляю время его походов в магазины, чтобы проявить свою «случайность встреч»… Если бы он знал, как я скрываю от родителей свои чувства к нему. Если бы он знал! Наверное, сегодня мною был побит рекорд по времени, которое я трачу на дорогу от дома к саду. Всё было сделано, как он просил. Действительно было дерево за скамьёй на правой аллее, было дупло и было письмо, также завёрнутое в целлофан и перевязанное невзрачной бечёвкой. На меня даже никто из гуляющих не обратил внимания, хотя  какое-то чувство тревоги и неловкости было. Но все эти низменные чувства были ничто в сравнении с тем, что это делалось ради него и для него! Когда он увидел меня на пороге квартиры с письмом в руке, он очень обрадовался, буквально вырвал его у меня и тут только удивился, что всё получилось так быстро. Ещё бы не удивиться! Это было просто молниеносно, а не быстро. Эх, если бы он знал, почему так быстро, он не то, что удивился бы, он восхищался бы и гордился. Но это я так думаю. А он думает не так. - Спасибо тебе, большое спасибо, - его голос стал совершенно другим, как будто бы он вдохнул чудодейственный аромат, вылечивший его за мгновенье от всех болезней, - ты иди, мне надо побыть одному. Да, скажи, если я ещё попрошу тебя сделать то же самое, можно? Завтра можно? Да? - Да! Ему надо побыть одному… Ему надо прочитать письмо. Я всё понимаю. Да ничего я не понимаю! С кем он переписывается? И почему именно переписывается? И почему таким способом? С женщиной? Господи! А может он разведчик?! Не с директором же своим он ведёт переписку через дупло в дереве! Да, точно, по почте нельзя, по телефону нельзя, по интернету нельзя – везде могут засечь и схватить. Вот это да-а! Так значит я шпионский курьер?! Вот это да-а! Вот бы в школе узнали! Зауважали бы. И даже может бояться бы стали. А может он и не болеет по-настоящему, а скрывается от кого-то, а больничный – это прикрытие? Теперь я его ещё больше уважать и любить буду. Вот пройдёт время и он поймёт, какой я нужный и верный для него помощник и друг, и может  он меня  полюбит тогда… А потом он возьмёт меня к себе в разведотдел или разведшколу, или как там у них вся эта структура называется. Ведь я в этом году уже 11 класс заканчиваю, прощай одна школа, здравствуй, другая. Вдруг эта другая будет разведшколой?! Чёрт, начинаю думать о чём только хочу, а не о чём надо. Надо думать о занятиях, скоро выпускные экзамены. Всё. Переключаюсь. Нет, не могу, всё равно думаю только о нём. Завтра. Теперь уже сегодня. Он снова попросил меня пойти с письмом за письмом. Снова до двух часов. Мы живём в десяти – пятнадцати минутах быстрой ходьбы от Летнего сада. Историческое место окружает нас. Мы и привыкли, и не привыкли видеть это каждый день. Иногда всё кажется таким будничным, незаметным. А бывают дни, когда  посмотришь вокруг и понимаешь, что соприкасаешься с необыкновенной красотой, незабываемой и незаменимой. Я снова иду на рекорд, для него. Я приношу ему радость в прямом смысле слова. Письма, которые он получает, радуют его так, что не увидеть этого невозможно. Сегодня, передавая ему письмо, я буду стараться многозначительно смотреть ему в глаза: может, он поймёт, что я догадываюсь о его «работе» - Спасибо большое, ты очень выручаешь и помогаешь мне. А что ты так смотришь на меня, что-нибудь не так? - Нет, нет, что ты. Я просто так. Не так. Конечно, не так. Я чувствую, что мой многозначительный взгляд на него не подействовал. Или подействовал не так, как было задумано. Я очень хочу, чтобы он выздоровел. С одной стороны. Но с другой стороны, я этого не хочу, потому что тогда он не будет просить меня быть разведкурьером. А мне так нравится эта роль! И потом, видеть и разговаривать с ним каждый день – это такое счастье для меня! Какие же все люди эгоисты: это я о себе. Хочу его видеть и слышать, а это можно сделать, лишь когда он болеет и лежит дома, и не может носить и забирать письма. Хочу, чтобы он выздоровел, но тогда я не смогу приносить ему радость, к сожалению, в виде этих исписанных тайных бумажек. Что же делать? Чего же хотеть? Сегодня уже в третий раз иду «по делу». Всё выполняю чётко и точно. И только передав ему новое послание, замечаю, что чуть-чуть начинаю злиться оттого, что он не посвящает меня в нашу тайну. Она же ведь уже наша общая тайна, потому что я знаю место их переписки, я знаю его – моего соседа, хотя не знаю, кому он пишет и кто ему отвечает. И потом, вдруг он злой шпион? А! А может он террорист и я соучастник в подготовке теракта?! О Господи! Мама дорогая! Но нет! Нет! Он не может им быть! Ведь это же так на него не похоже. Нет, я ошибаюсь, точно ошибаюсь, это совсем не так! Бог любит троицу. Три раза уже прошли. Снова Летний сад, дерево, дупло, письма. Я не выдерживаю и, оправдывая себя разными словами, вскрываю его письмо здесь же, под деревом. Стою и читаю. «Тебе – самый нежный поцелуй и здравствуй! Ты всё же не представляешь себе, как мне помогают и реально помогли твои письма! Завтра меня выписывают, и я увижу тебя, моё самое светлое солнце! Если бы я знал, какая это терапия – твои, пусть и короткие, письма - и что она лучше любых врачей и лекарств, я бы давно, с самого начала моего больничного заточения и невидения тебя попросил бы Сашку быть нашим почтальоном. Завтра! Завтра я увижу тебя, самый нужный мне человек! Ты вспоминаешь меня? Ты чувствуешь моё отсутствие? Ты ждёшь? Ты будешь ждать меня на этом же самом месте, под дуплом? Только не приходи слишком рано! Ровно в пять, слышишь, ровно в пять и ни в какое другое мгновенье. Я не могу думать о том, что ты можешь замёрзнуть! Я вспоминаю нашу первую встречу, когда увидел тебя там, на скамье. Меня поразил твой профиль, твоя бледность и синева замёрзших рук. У тебя были очень холодные руки и очень горячие губы. Я помню твои длинные чёрные ресницы, твои шикарные волосы, твой запах… Я даже люблю запах твоих сигарет. Я люблю тебя. Ты так и не покупаешь себе варежек? Я свяжу их для тебя. Ты не знаешь, что я умею вязать? Не знаешь. А я умею! Я одену твои руки в варежки, которые свяжу сам! И ты никогда не посмеешь их не носить на морозе! Да?! Я слышу в ответ моё любимое слово от тебя «Да!» Никакое другое сказанное тобой слово не возбуждает меня так, как «Да». О! Как ты умеешь его говорить, шептать, кричать!… Я люблю тебя. Мы скоро будем вместе. До завтра, мой дорогой человек, до светлого завтра!» По моим щекам текут слёзы, я вскрываю ответное письмо. «О, грусть и радость вечная моя, привет! Что-то ты сегодня мне напишешь? Какими словами будешь разрывать мне душу? Не грусти! Чувствую, что скоро тебя выпишут. Я хорошо тебя чувствую, ты понимаешь? Радуюсь. Жду. Целую тебя и жду назначения встречи, надеюсь, это будет уже завтра. Я скучаю по тебе, болезненное создание. Всё твоё». Всё. Это конец. Конец письма и конец моей жизни. Он не разведчик, не шпион, не террорист. Он – влюблённый. Не в меня, конечно. Ну почему, почему так жестоко! И я ещё ношу ему эти письма! А она-то, она! Сухарь какой-то. Она не достойна его любви! Она не любит его! Она Я уже не сдерживаю слёз. Я задыхаюсь от несправедливости, неустроенности и непонятно от чего ещё. Конечно, при чём тут я? Я всё понимаю, всё, но… я тоже его люблю! Я больше его люблю, потому что я дольше его знаю. Он вырос на моих глазах или… наоборот?! Ну что же мне делать?! Что?! Я знаю, что делать. Слёзы слезами, а так я этого не оставлю. Я буду бороться за свою любовь. Я раньше его приду завтра на встречу и уж поговорю с ней как надо! Я всё ей объясню. Да. Пусть будет так. Завтра к пяти часам я пойду решать свою судьбу. Может быть, кто-то скажет, что так делать нельзя, что нет смысла бороться за человека, который тебя не любит: ведь насильно мил не будешь. Есть ли смысл менять то, что изменить невозможно? Как изменить чувство? Разве можно заставить одного человека полюбить другого только за то, что этому другому нужна любовь первого? Абсурд! Любить надо того, кого любишь, к кому тянет как магнитом, и нет сил разорвать эти связующие нити. Ну и пусть говорят, а я пойду, и пусть только скажут, что я делаю что-то не так. Я приношу ему это последнее несчастное письмо и вижу, что он бодр и практически здоров. Мог бы и сам пойти сегодня, думаю я. Ах, нет! Тогда мне не узнать бы его тайны. Значит, судьба такая. - Спасибо, Саша, завтра меня уже выпишут, и тебе не надо будет летать в Летний сад. Знаешь, мы с тобой его переименуем в Лётный сад. Это в честь тебя и это будет наша с тобой тайна, почти пароль. Ты не возражаешь? А чего грустишь? Экзаменов боишься, что ли? Если надо, я тебе телефон хороших репетиторов дам, обращайся. – Он шутил, был весел, ходил по квартире и почти что сам летал. От счастья, наверное. - Нет, не возражаю. Нет, мне репетиторы не нужны, справлюсь, спасибо. Ну, пока. До завтра, ой, то есть, завтра же ты сам пойдёшь, да? - Да! Завтра – сам! Уже выходя из его квартиры, на обувнице я замечаю прозрачный пакет с… варежками. Обычная ручная вязка, синие и тёмно-бордовая полоска на резинке. Это он ей связал. Лучше бы мне их не видеть! Я не хочу, не хочу, не хочу, чтобы ты ходил сам!!! Я не хочу, чтобы ты вообще выходил из дому! Я заколочу твою дверь, я не знаю, что сделать, чтобы ты не ходил никуда. Я очень не хочу, чтобы ты пошёл на свидание. Я тебя люблю, Юра. А ты меня нет. Может, мне тоже написать ему письмо и всё объяснить. А если он посмеётся надо мной? А если нет? Но за моим письмом не нужно ходить в Летний… Лётный сад. Я могу подсунуть его ему под дверь или бросить в почтовый ящик. Я подумаю. Я сначала поговорю с ней, а потом напишу ему письмо. Скоро пять часов. Ну где же Юра? И где она? Я мёрзну уже полчаса, и никого из них нет. Гуляющих в саду очень мало, потому что погода не вызывает желания прохаживаться по холодным и мокрым аллеям. Какой-то длинный парень уселся под нашим (да! нашим) заветным деревом. Сидит, смотрит по сторонам, на меня взглянул пару раз. Бледный какой, тоже после выписки что ли? Пойду, пройдусь до другого конца  сада, а то стою у него на виду, ещё подумает, что хочу познакомиться или ещё что-то. Заодно и согреюсь при ходьбе. - Ну, здравствуй, наконец-то ты пришёл! - А ты - опять раньше положенного срока? Я же говорил тебе, что не надо приходить раньше, я же не успеваю доехать так быстро, да и пробки сейчас такие, что думаю уже о вертолёте! Дай твои руки. Ну вот, что это такое? Отвалятся же сейчас. Вот, возьми, всю ночь вязал. Одевай быстро! Я так рад, что успел! Нравятся? - Да, Юрочка, нравятся, очень, спасибо. - Божество ты моё, скажи ещё раз «Да». Сейчас перекурим и поедем к тебе. Да? - Да! Вообще-то я недолго здесь сижу, так что ты не волнуйся. Представляешь, подхожу к нашему дуплу, а тут какая-то тощая окоченевшая особа стоит, переминается с ноги на ногу, оглядывается по сторонам. Я даже при ней не полез в дупло, подумал, вдруг она увидит, как я туда лезу. Мало ли что это за девица, и какие у неё мысли. Я сел, пару раз взглянул на неё, она вдруг быстро так развернулась и пошла на выход. Дай-ка я посмотрю, не лазила ли она в дупло. Нет, всё чисто. Больше не будем им пользоваться, хорошо? Юра, смотри, вон она идёт. Прямо к нам направляется. Давай уйдём быстрее, я хочу к тебе - О! Да это же Сашка! Моя соседка по лестничной площадке! А ты боялся, глупый. Это же она была нашим почтальоном. Была… Слушай, а что она делала здесь, когда ты пришёл? - Да ничего, я ж тебе говорю, что она стояла под деревом, как будто ждала кого-то, видно было что она сильно замёрзла, наверное давно стояла. А что? - А то, что мне кажется, она письма наши с тобой прочитала и решила посмотреть, с кем я буду встречаться здесь. Во-от почему она так долго последний раз не возвращалась! Как я не догадался? Хотя, что значит «как»? Просто у меня и в мыслях не было подозревать её. Вот ведь какая! Бог ты мой, она же влюблена в меня по уши с детства! Это она из ревности сюда притащилась. Бедная девчонка! Не думал я, что у неё такие родители. - При чём здесь её родители? - При том, дорогой мой, что детям нужно сызмальства объяснять, что читать чужие письма – себе дороже, я уж не говорю, что это неприлично и не тактично. Ей же теперь и хуже, не нам ведь. Или это не так? - Юрочка, пойдём, ты прав, ты великий праведник, раз ты говоришь, что надо делать так, значит надо делать именно так. Пойдём, я буду говорить тебе много-много раз «Да!». - Сейчас, пусть она пройдёт мимо нас, увидит, и чтобы у неё навсегда пропало желание лезть не в своё дело. Сейчас я буду её мамой и папой, только всё произойдёт немного жёстче и быстрее, зато, думаю, запомнится на всю оставшуюся жизнь. Прижмись ко мне, ледышка ты моя. О! Саша! Привет! Гуляешь? Познакомься, моя вторая половина – Георгий, тот самый, чьи письма ты мне приносила и тот самый, которому я писал. Сашка! Ты куда?! Не споткнись, почтальон Печкин! Всё, теперь можно ехать. Помнишь, как в мультике: «Земля, прощай! В добрый путь!». Это нам. Встали, пошли. Я дошла до конца аллеи и решила вернуться. Если Юра ещё не пришёл, пойду домой. Вдруг я всё перепутала или всё не так. Я уже подходила к знакомой скамье и увидела сидящего Юру, а рядом… Слава Богу! Рядом сидел тот самый длинный парень, которого я видела. Как хорошо! Конечно же, я что-то напутала! Сейчас подойду к Юре и пусть он нас познакомит, и я побегу домой, а то уже сил нет как я замёрзла. Я почти уже подошла к ним, как вдруг меня будто током ударило: парень сидел, прижавшись к Юре, и руки его были… в варежках. В тех самых синих варежках с тёмно-бордовой… Я не могла ошибиться! Это были те самые варежки, которые Юра связал для своей… Не-е-т! О, нет! Для своего… любимого человека. Юра что-то говорил мне, я не слышала, я не дослушала и побежала так быстро, что это был, наверное, рекорд рекордов по времени. Прошло много времени. Сейчас я уже сама мама. Я стараюсь, очень стараюсь внушить своему сыну, что нельзя читать чужие письма, потому что это некрасиво и непорядочно. И ещё я стараюсь воспитать в нём чувство ответственности за тех, кого ты любишь и приручаешь к себе. Почти по Экзюпери. Однажды мы случайно с Юрой встретились в городе. Вот уже несколько лет как он переехал жить в другой район, к Георгию. Мы зашли в кафе и долго беседовали. В конце разговора я сказала: - Ты столько раз говорил мне «спасибо» тогда, что теперь пришла моя очередь, и я говорю тебе «спасибо»: ты дал мне хороший урок в тот осенний день. Я никогда этого не забуду, о, Мудрейший из мудрых! - Александра, ты настоящая женщина! Ты воспользовалась моей мудростью, чтобы стать ещё прекрасней! За тебя! - За нас, Юрочка, за мудрых, за тех, кто может жить не так!

Теги: тебя, завтра, письма, хочу

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Комментарии:

Оставить комментарий